40 секунд, которые решают всё
Представьте.
Земля. За 30 минут до вылета собираются в кругу 12 человек. Без пафосных речей. Старший по группе, Юрий Чертков, проверяет лямки. Кто-то шутит, кто-то молча затягивает ремни. Внешне — обычные мужчины. Но внутри — сталь. Трое из них могли бы сейчас сидеть дома, но сегодня — не их выходной. Спасатели не могут позволить себе долго отвыкать от неба. График плотный — 3-4 вылета в месяц, если, конечно, погода не решит иначе.
Борт. Высота. Двигатели ревут. За иллюминатором облака. У каждого в голове своя задача.
Одни прокручивают элементы групповой акробатики — их сборная готовится к спортивному сезону, и фигуры в небе должны быть идеальными.
Другие всматриваются в точку внизу — там, по задумке, условный пострадавший. Их цель — не просто выйти из самолета, а упасть точно в эту точку. Ошибка в ветре — и ты перелетел. В реальной спасательной операции это значит: ты бежишь к человеку лишние 10 секунд. А у него может не быть этих секунд.
Юрий Чертков стоит у двери вертолета. За его спиной — отец-инженер, который брал его на аэродром ребенком, дядька, брат... вся авиационная династия, которая вписала его имя в историю неба, даже когда он не поступил в летное училище. Он прыгнул впервые в 14 — в аэроклубе. С тех пор не останавливался.
Свободное падение. Звук ветра. Сердце стучит по-особенному, так, как не стучит на земле. Это не страх. Это — жизнь. Юрий говорит, что человек, который не «ностальгирует» по этому моменту, не задержится у них. «Случайные люди уходят быстро, — объясняет он потом на земле. — А те, для кого небо — стихия, испытывают удовольствие, которое ни с чем не сравнимо. Словно ты птица».
Они раскрывают купола. Акробаты — в воздухе выстраивают синхрон. Спасатели — берут курс на цель.
Посадка. Финал. Ноги касаются земли. Тренировка окончена. Снова проверили технику, снова отработали синхронность. Кто-то попал в «яблочко», кто-то промахнулся на пару метров — позже будет разбор полетов. В буквальном смысле этого слова. Но главное, что воздух в этот раз был их другом. Будем надеяться, что так будет всегда.
Юрий Чертков снимает шлем и улыбается. Говорит, что прыжки любят единицы. Но именно эти «единицы» и составляют костяк поисково-спасательной службы. Они готовятся к любым ЧС. И они точно знают: если оттуда, сверху, кто-то увидит на земле точку бедствия — они приземлятся рядом.
Небо внутри - это не профессия, это судьба.
Подписывайся на МЧС России в MAX | ВК
