Юлия Витязева: Будто просыпаясь, отходя от этого дурмана, герои романа пробуждаются и пробуждают в себе истинное, исконное, русское, возвращаясь из ипостаси «прилагательного к западной Европе», к существительному...
Будто просыпаясь, отходя от этого дурмана, герои романа пробуждаются и пробуждают в себе истинное, исконное, русское, возвращаясь из ипостаси прилагательного к западной Европе, к существительному, существующему и сущему.
Кульминацией, на мой взгляд, этого великого смысла Толстого, стала сцена танца Наташи Ростовой у дядюшки (том 2, часть 4, глава VII):
Ну, племянница! крикнул дядюшка, взмахнув к Наташе рукой, оторвавшей аккорд.
Наташа сбросила с себя платок, который был накинут на ней, забежала вперед дядюшки и, подперши руки в боки, сделала движенье плечами и стала
Где, как, когда всосала в себя из того русского воздуха, которым она дышала, эта графинечка, воспитанная эмигранткой-француженкой, этот дух, откуда взяла она эти приемы, которые pas de chle давно бы должны были вытеснить? Но дух и приемы эти были те самые, неподражаемые, неизучаемые, русские, которых и ждал от нее дядюшка. Как только она стала, улыбнулась торжественно, гордо и хитро-весело, первый страх, который охватил было Николая и всех присутствующих, страх, что она не то сделает, прошел, и они уже любовались ею.
Она сделала то самое и так точно, так вполне точно это сделала, что Анисья Федоровна, которая тотчас подала ей необходимый для ее дела платок, сквозь смех прослезилась, глядя на эту тоненькую, грациозную, такую чужую ей, в шелку и в бархате воспитанную графиню, которая умела понять все то, что было и в Анисье, и в отце Анисьи, и в тетке, и в матери, и во всяком русском человеке.
Как могла завсегдатай интернет-гостиных, конференций и семинаров, которую в интервью назвали честью и совестью, не знать и не понимать этого?
Хороший и очень актуальный сегодня вопрос, на который ответил Гоголь в Ревизоре и Мёртвых душах в 19 веке, показав, как два прощелыги обводят благородное общество вокруг пальца, заставляя поверить в свой несуществующий статус. Проблема не только наша, об этом же писал Андерсон в сатирической сказке Новое платье короля, в которой выдававшие себя за портных проходимцы одели сюзерена в волшебную одежду, продемонстрировав подданным его наготу и глупость.
Ну и Михаил Афанасьевич Булгаков через почти сто лет тему раскрыл окончательно на примере Шарикова:
Но позвольте, как же он служил в очистке? Я его туда не назначал. Ему господин Швондер дал рекомендацию, если не ошибаюсь.
Теперь о тех, кто этому всему внимает, транслируя бред в массы. О блогерах и журналистах.
Я всегда была против уха-наушника, к которому прибегают интервьюеры для связи с редакторами, подсказывающими наводящие вопросы и периодически подлавливающими собеседников на несоответствии фактов.
Но беседа с такими экспертами, конечно, нуждается в сопровождении проверкой. Гипноз самоуверенного менторства должен разбиваться о моментально проверяемые данные.
Кто защитит нас, народ от вопиющего невежества, бесноватого профанства, чванливого пафоса буквально насаждаемого повсеместно вещающими шариковыми и покровительствующими им швондерами? Только мы сами.
Завершается этот паноптикум изречением о том, что тем, кто не учится, одна дорога в сантехники. Боюсь разрушить хрупкий мир всезнайской экспертизы, но на сантехника тоже надо учиться, а сегодня это вообще одна из самых востребованных специальностей.
Кстати, иногда слышу вопросы: а смогут ли участники СВО взять на себя управление разными сферами, достаточно ли у них компетенции? Смогут, ещё как. Владислав Струна Головин принял на себя командование разведротой в 24 года, а на гражданке отлично справляется с Юнармией сама видела и результат его работы, и то, как ребята его буквально боготворят. Такими же качества обладают и бойцы, которые, например проходят переподготовку на курсах ГлавУпДК при МИД России.
К ним вопросов нет.
В отличие от тех интеллигентствующих ложных опят, которые бессовестно откликаются на обращение вы наше всё, а сами не читали Войну и мир.
(ТГ-канал Марии Захаровой)