Президент США Дональд Трамп в эфире телеканала Salem News Channel. Часть первая.
Так или иначе, мы победим. Либо мы заключим выгодную сделку, либо одержим очень лёгкую победу с военной точки зрения. В этом смысле мы уже победили. Знаете, вы слышали это от меня миллион раз, и другие люди тоже: у них было 159 кораблей, а теперь нет ни одного. Все они на дне моря. Сегодня мы уничтожили восемь их, знаете, они перешли на эти маленькие быстрые катера. Они очень дешёвые. И к ним крепят пулемёт.
Они считают, что это хороший результат. Сегодня мы вывели из строя восемь таких катеров. И всё, что у них было в наличии, было выведено из строя очень быстро и очень эффективно. Посмотрим, что будет дальше. Трудно поверить, что они могли так поступить. Знаете, единственный корабль, который был атакован, — и я его давно не видел, потому что последние два часа был с владельцами малого бизнеса в Америке, отлично проводил время. У них всё замечательно. Замечательно. У всех всё замечательно.
Сейчас все предприятия в стране находятся на пике. Фондовые рынки, несмотря на всё это, достигли новых максимумов. Но я скажу так: так или иначе, у нас есть одно преимущество — у них никогда не будет ядерного оружия.
Посмотрим, что будет. Я имею в виду, они… знаете, многие люди на самом деле не стремятся к этой работе. Мы выбили их первую команду. Мы выбили их вторую команду. Мы выбили половину их третьей команды. Многие люди не стремятся к этой работе. Но я считаю, что они намного лучше первой группы. Понятно? Первая группа была совершенно неуправляемой и делала неправильные вещи для своей страны. Но, думаю, посмотрим, что будет.
Единственное, что я могу сказать: они говорят совсем по-другому, когда разговаривают со мной, чем когда говорят со СМИ или на телеэкран. Они хотят сделать своё дело, а потом появляются на телевидении и говорят прямо противоположное. Помните, я говорил вам, что они хотят заключить сделку, что они ведут переговоры, а они отрицали, что вообще когда-либо со мной разговаривали? Я спрашиваю: что происходит с этими ребятами? Так что, видимо, они неплохо умеют заниматься пропагандой. Но у них нет флота. У них нет военно-воздушных сил. У них нет зенитной артиллерии.
И, знаете, иранская ядерная сделка, заключённая при Бараке Хусейне Обаме, была кратчайшим путём к созданию ядерного оружия. И мы бы не смогли с этим смириться, если бы они его применили.
Мы не можем этого допустить.
Мы должны вернуть высокообогащенный уран. Возможно, они не смогут его достать, потому что, знаете, несмотря на их любовь к фразам вроде: «О, может быть, эти великие пилоты не выполнили свою работу», — глубокой ночью, в час ночи, без луны, каждая бомба попала в эти вентиляционные шахты. Это невероятно. Полностью, знаете, я использую слово «уничтожено». И Комиссия по атомной энергии со мной согласилась.
Поэтому люди даже не знают, можно ли это достать. И, кстати, если бы у них была такая возможность, они бы это уже достали. Это был один из величайших военных манёвров в истории.
Он светится. Я бы хотел вернуть его, чтобы у них не было соблазна. Они должны вернуть это нам.
Мы хотим это вернуть.
Нужно немного присмотреться к соседям. Знаете, у них не может быть меньше, чем… они говорят: «А как же другие?» Послушайте, ракеты — это плохо, и да, их тоже нужно ограничить. Но главное — у них не может быть ядерного оружия.
